«События Сирии касаются нас напрямую» — ветераны Афганистана из Бурятии

В 2018 году страна отмечала уже 29-ю годовщину вывода войск из Афганистана. Та война не обошла и Бурятию – ее прошли 2400 наших земляков. Из них 24 человека отдали свои жизни, в их числе Александр Мокров, Михаил Кукаев, Батожап Батуев и другие. Вернувшиеся с афганских полей уроженцы республики могут немало рассказать о тех событиях.

Пулеметчик

Владимир Пильчинов попал в Афганистан 25 июня 1986 года. Он был прапорщик-мотострелок, командир гранатометно-пулеметного взвода. Служить пришлось под Кабулом на блок-посту, прикрывая идущие из СССР колонны с грузами.

Владимир Пильчинов

— Наша задача была охранять эти колонны, если «духи» их атаковали, мы принимали огонь на себя и вступали в бой. Своим огнем подавляли вражеские пулеметные точки. У нас были станковый гранатомет АГС-17, тяжелые пулеметы ДШК, КПВТ, «Утес». ДШК и «Утес» были хорошие пулеметы, а КПВТ часто заедало во время боя, — вспоминает Владимир Пильчинов.

Моджахеды старались атаковать либо колонны с боеприпасами в надежде пограбить, либо колонны заправщиков, уязвимые к зажигательным пулям. Устаревший БТР-60 ветеран очень хвалит, более современные БТР-70 и БТР-80 были хуже. Из-за удлиненного шасси они хуже вписывались в повороты, ходовка была слабее. Преимущество колесных машин – после подрыва на мине они, потеряв колесо, могли продолжать путь.

США тогда сотрудничали с моджахедами. Владимир Пильчинов, вспоминает, как его бойцы ранили американского корреспондента, которого «духи» специально привезли отснять нападение на советскую колонну.

— Мы приняли бой, уничтожили «духов». Корреспондент добрался до местных, и там спрятался. Пока мы вели переговоры, он умер от кровопотери. Но мы главное сделали – нашли на поле боя фотоаппарат и пленки как вещественное доказательство, — вспоминает ветеран.

Еще один запомнившийся случай чуть не стал трагическим курьезом. Владимир Пильчинов едва не погиб за день до возвращения домой: его внезапно вызвали в полк, и пришлось 40 км добираться на «барбухайке» — попутной машине местных жителей. Но в 15 км от расположения части на дорогу вышли моджахеды, явно промышлявшие грабежом. Их было 15-20 человек.

— Я понял: последний бой мой, гранаты выложил, взведенный автомат на всякий случай на водителя направил. Он же местный, может напасть сзади. У меня было восемь гранат, думал использовать фактор внезапности: метнуть, и потом успеть отбежать, хотя один автомат против пятнадцати… Уже стал прощаться с белым светом, а жить так захотелось! Родных всех вспомнил. А «духи» уже стоят на гранатный бросок. Только стал дверь открывать, чтобы размахнуться – они разбегаются. Думаю: все, меня обнаружили, внезапность потерялась. И тут из-за поворота БТР выскакивает, ни раньше, ни позже, именно в ту секунду, когда я уже выдернул чеку и замахивался. Я думаю: ну, ангел-хранитель мой. Там мы и проскочили эту засаду, — вспоминает Владимир Пильчинов.

По прибытию в полк оказалось, что вызов сделали по ошибке. А 5 августа 1988 года он уже отправился домой. С Афганистана он привез медали «За Отвагу» и «За боевые заслуги». Сейчас Владимир Пильчинов – есаул бурятского казачества.

Пилот «крокодила»

Кавалер ордена Красной звезды Валерий Бадмацыренов пришел в Афганистан в 1986 году в звании капитана. Он был командир ударного вертолета Ми-24 – противотанкового «крокодила», небольшой летающей крепости. Машина должна была уничтожать боевиков с воздуха, поддерживать огнем свои войска. Наземные цели накрывали залпами ракет, расстреливали из пушек и пулеметов. Но выполнение боевых задач не было легкой стрельбой с неба – на вооружении «духов» были крупнокалиберные пулеметы ДШК и переносные зенитные ракеты. Сначала – советские «стрелы», которые продавал Египет, после – «стингеры», поставляемые США. В горном ландшафте, где маневренность вертолетов была ограниченной, эти средства становились особенно опасными. Как вспоминает ветеран, из германской группы войск в Афганистан направили 20 экипажей, за год было сбито семь, из них безвозвратно было потеряно четыре экипажа. В Ми-24 два пилота, один управляет машиной, второй – оператор вооружения.

Валерий Бадмацыренов

— В бою, когда ты в кабине, и снизу по тебе стреляют, чувствуешь скорее не страх, а стремление врага уничтожить быстрее, чем он уничтожит тебя, своего рода азарт, — говорит Валерий Бадмацыренов.

Другой задачей экипажей Ми-24 было прикрывать самолеты гражданской авиации.

— В 1987 году Мы встречали самолет министра иностранных дел Эдуарда Шеварнадзе, мы под ним летали, чтобы его не сбили. Подняли восемь пар Ми-24, при обстреле мы должны были уничтожить врага или подставиться под его выстрелы, — вспоминает боевой летчик.

Валерий Бадмацыренов в Афганистане

Отметим, военные летчики служили в Афганистане обычно год, а не два, как бойцы наземных войск. Зато они могли быть командированы в Афган по несколько раз.

Минер

Уроженец села Кырен Тункинского района Бурятии Эдуард Сороковиков служил в 1986 году в 173-м отряде спецназа ГРУ под Кандагаром. Его задачей было минировать тропы на путях вражеских караванов, перевозивших оружие и наркотики. Приходилось и участвовать в засадах по наводке разведки, и облетать территорию на вертолетах.

Эдуард Сороковиков

— Караваны состояли в основном из внедорожников. Там впервые увидел Toiota, Datsun, Dodj. Но могли быть и наши «шишиги» и ЗИЛы. Караван из верблюдов и ишаков видел только два раза. В одном случае перевозили наркоту, которую мы сожгли, — рассказывает Эдуард Сороковиков.

Иногда приходилось и разминировать. Афганцы использовали мины итальянского, китайского, чешского производства, попадались и отечественные.

Эдуард Сороковиков

— На одном выходе разминировали противопехотки, ОЗМ-67 — так называемая «лягушка». Просто оказались вдвоем с напарником рядом, что категорически запрещено. Помню, прощались с ним, когда пошло не так. До сих пор холодный пот течет, как вспомню. И помню, что говорил парню, как и он мне. Теперь хохочем, когда переписываемся. А, по сути, страх божий, — вспоминает Эдуард Сороковиков.

Послесловие

Война оставила разные воспоминания. Владимир Пильчинов вспоминает природу Афганистана – поля красных как кровь тюльпанов, странных зверей: очень тощих, но с большими ушами, тополя, которые не брал инструмент, и валили только взрывчаткой.

Простые афганцы, по его словам, относились к советским войскам в целом нормально, зажиточные торговцы – уже с некоторой неприязнью. Солдаты, по его словам, частенько по мелочи продавали афганцам ГСМ, чтоб на выручку купить на местных рынках сувениры для родных, и командиры закрывали на это глаза. Но ходить в лавки поодиночке очень не рекомендовалось. Как вспоминает Владимир Пильчинов, наличие в кишлаке «духов» они определяли по поведению знакомых мирных афганцев. Если тот ведет себя приветливо, значит все в порядке, если притворяется, что незнакомы – значит, рядом притаились «духи».

Об участии в войне наши ветераны не жалеют.

— У наших было опасение, что в Афгане установят ракетные базы, ведь Амин был проамерикански настроен. Что касается меня – я пришел к мысли: просто пришло время показать себе, на что способен. Как в прыжке с парашютом: смогу я, или не смогу? То, что я родину маленько защитил – тоже, думаю, как мужчина себя проявил, как наши деды в Великую Отечественную, — говорит Владимир Пильчинов.

Похожие мысли высказал Эдуард Сороковиков, по его мнению, воевать пришлось бы потом все равно, только, возможно, где-нибудь под Оренбургом.

Что касается современных событий в Сирии, ветераны Афганистана действия руководства страны считают правильными.

— Когда Сирия почувствовала, что ее деморализованная армия не может справиться с террористами, контролирующими большую часть территории, она обратилась к нашему правительству. Наши оказали посильную помощь, прибыв на законном основании, и правильно сделали. Ведь в свое время СССР оставил без поддержки страны, симпатизировавшие нам, и мы их потеряли, там получился очаг войны, где постоянно грохочут танки, — говорит Владимир Пильчинов.

С ним соглашается Эдуард Сороковиков.

— Мы и так американцам очень многое позволили. Так называемая «арабская весна» вполне могла быть и у нас. Поэтому сирийские события касаются нас напрямую, — считает ветеран-тункинец.

Васили Тараруев для ARD

One comment

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.