Этносы Бурятии: национальный ребилдинг

Бурятию традиционно ставят в пример, как «толерантный» регион, где мирно уживаются люди различных национальностей, культур и вероисповедания. Как шутят в Бурятии, здесь в порядке вещей утром сходить в церковь, днём – в дацан, а вечером отправиться к шаману. Отметим, в Бурятии на протяжении очень долгих лет не отмечены сколько-нибудь  серьёзные межнациональные конфликты, по крайней мере, между народами, населяющими её последние несколько столетий.

«Географическое положение региона приводило к тому, что с глубокой древности здесь происходило взаимодействие народов обширного ареала, включающего Центральную Азию, Западную и Восточную Сибирь. Регион на протяжении тысячелетий являлся своеобразным этнокультурным перекрёстком, что накладывало психологический отпечаток на характер существовавших на его территории народов. Широкое этнокультурное взаимодействие способствовало формированию здесь культур открытого типа – готовых к культурным инновациям, терпимых к иноэтническому присутствию и склонных к контактам с различными народами. К моменту появления русских в регионе его территорию населяли монголоязычные, тунгусоязычные и тюркоязычные народы» — говорит доктор исторических наук, доцент Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН Ольга Бураева.

Повторим, в Бурятии межнациональная обстановка в настоящий момент стабильная. Но нужно помнить, что любое равновесие и благополучие – вещь очень хрупкая. Безответственные действия, совершенные по недомыслию, или злому умыслу, могут легко нарушить эту идиллию. Тем более, что всегда найдутся силы за пределами России, имеющие интересы в Сибири, и готовые поддержать любых смутьянов. К сожалению, за последние годы в республике были отмечены и негативные эксцессы. Но о них поговорим позже, отдельно.

Сейчас же рассмотрим соотношения численности коренных народов Бурятии. Отмечу, русских, населяющих территорию Бурятии с 17-го века можно в общем-то вполне считать коренным народом Сибири. Они же в настоящее время являются в республике наиболее крупной этнической группой. Второй по численности являются буряты, эвенки же в ранжировании народностей республики по численности занимают последние строки. Примерное соотношение русских, бурят и эвенков – 69%, 31% и 0,32%. (Почему эвенки, некогда преобладавшие на территории современной Бурятии, сейчас оказались в таком ничтожном меньшинстве – вопрос отдельный). В монографии «Эвенки Бурятии» приводится статистика по динамике изменения численности указанных этнических групп.

Национальность 1926, тыс. чел. 1939, тыс. чел. 1959 1970 1979 1989 2002 2010
Эвенки 1,1 1,8 1335 1685 1543 1679 2334 2974
Буряты 130,2 116,4 135,8 178,7 206,9 249,5 272910 286839
Русские 238,2 393,1 502,6 597,0 647,8 726,2 665512 630783

 

Коснёмся национальной политики. В советский период, с одной стороны, национальный вопрос было принято, как бы не замечать, и стремиться нивелировать этносы в общность «советского народа». С другой стороны, у этносов, получивших при большевиках национальные автономии, искусственно усиливали национальное самосознание, развивали культуру на основе фольклора и традиций. Это сопровождалось ленинской политикой «борьбы с русским великодержавным шовинизмом», в результате национальные интересы русских было принято как бы «не замечать», а если и уделять внимание, то по остаточному принципу. Глава комитета по межнациональным отношениям правительства Бурятии Михаил Харитонов также признавал, что в СССР «русские интересы положили на алтарь строительства социализма». С падением советского строя государство ещё долгое время, по инерции, продолжало по отношению к русским подобный подход. Отказываться от этого, по словам главы Гильдии межэтнической журналистики РФ Маргариты Лянге, начала после 2010-х годов, ввиду роста социальной напряжённости. Также Маргарита Лянге отмечает, что с падением советского строя у всех народов бывшего СССР начался «национальный ренессанс», возрождение интереса к своим корням и этническим традициям.

Естественно, эти тенденции не обошли стороной и Бурятию. Если внимательно присмотреться к этнокультурным процессам, происходящим в республике, можно отметить своеобразный «национальный ребилдинг» населяющих ее народов, попытку переосмыслить свою национальную самоидентификацию, найти опору в традиционной этнической культуре, исторических событиях. Повторимся, этот процесс стал нарастать со времён крушения советского уклада, когда идеология взращивания советского гражданина ушла в прошлое, и люди заинтересовались вопросом национальной самоидентификации.

Наиболее заметны эти процессы у бурятского народа. Например, кампания национально активной интеллигенции за возрождение бурятского языка как элемента «живой» культуры. Или вновь и вновь поднимающаяся дискуссия о «бурятском трайбализме», неожиданно начавшиеся фестивали хонгодоров, эхиритов, булагатов и прочих бурятских субэтнических групп. Всё громче звучат и призывы теснее сближаться с общемонгольской культурой, активно ведутся попытки найти некую опору в эпохе Чингисхана, а то и во времена гуннов. Порой звучат даже речи, что вхождение в состав России в свое время было ошибкой, и было бы лучше быть в составе Монголии. (К сожалению, наиболее ретивые сторонники «бурятской самостийности» порой переходят грань, скатываясь в откровенный экстремизм, чем дискредитируют дело, которое якобы защищают. В ту же канву ложится нашумевшая театральная постановка «Ветер минувших перемен», героем которой стал бурятский белоэмигрант Уржин Гармаев, воевавший против СССР во Вторую Мировую). Отметим и рост популярности бурятского шаманизма.

Все эти процессы – попытки бурятского народа перестроить себя и переосмыслить свое самосознание. Во всяком случае, начавшуюся тенденцию к разобщению по «племенному» признаку ряд представителей бурятской интеллигенции рассматривают как естественный процесс, необходимый перед грядущим процессом воссоединения на основе осознания этнокультурной общности.

Но подобные тенденции не обошли и русских. Это выразилось в появлении русских национально-культурных объединений – казаки, староверы, культурные центры, общины родноверов. Часть активной русской молодежи в Бурятии пытается найти корни в дохристианской культуре славян, реконструируя древние языческие верования, причем последние года  приверженцев неоязычества-родноверия в Бурятии становится все больше. Многие представители пассионарной русской интеллигенции ищут опору в отрезке истории от начала освоения Сибири до революции 1917 года. Наиболее яркий пример – идея установки в Улан-Удэ памятника казакам-землепроходцам Гавриле Ловцову и Осипу Васильеву, которые в 1666 году поставили на берегу Уды зимовье, на месте которого позже появился Удинский острог. «Памятник казакам» стал своеобразным знаменем, сплотившим национально ориентированную русскую интеллигенцию Бурятии независимо от индивидуальных идеологических предпочтений. Кроме того, русская общественность Бурятии поднимает вопрос установки памятников казакам-героям Забайкальского казачьего войска, легендарным губернаторам Сибири Николаю Муравьёву-Амурскому и Михаилу Сперанскому, воеводе Федору Головину, дипломатам Савве Рагузинскому и Николаю Спафарию, выдающимся горожанам Верхнеудинска и прочим русским деятелям дореволюционного периода истории края. «Общество Русской культуры» Анатолия Кулёва за 2017 год установило ряд мемориальных досок деятелям этого периода, в том числе и императору Николаю Второму, посетившему Верхнеудинск будучи цесаревичем. Ведутся и споры относительно влияния революции 1917 года на русский этнос и советского наследия. В общем, русское население Бурятии тоже переживает процесс национального ребилдинга.

И разумеется, похожий процесс национального возрождения проходит и у другого коренного народа Бурятии – эвенков. Эвенки Бурятии имеют общественные организации, занимающиеся их культурой и отстаивающие их права – национально-культурная автономия эвенков Бурятии,   ассоциация коренных малочисленных народов Севера – АКМНС РБ (в которую эвенки входят вместе с другим КМНС – сойотами Окинского района), районные объединения эвенков, такие как закаменская община «Сияние». Государственный республиканский центр эвенкийской культуры «Арун» — единственное государственное учреждение, чья цель развитие эвенкийской культуры. В ушедшем году учреждение отметило 25 летний юбилей. И это безусловно знаковое событие. Можно вспомнить  эвенкийские фестивали национальной культуры, такие как «Больдёр» и «Эвенкийский нимнгакан» (огромный вклад ГРЦЭК «Арун» и персонально его директора Надежды Шеметовой), участие эвенкийской Матушки-Зимы в мероприятиях, посвященных Сагаалгану, участие НКА эвенков РБ в «Караване дружбы». Можно вспомнить и участие национально-культурной автономии эвенков Марии Бадмаевой в круглом столе активистов русской общественности по вопросу установки памятника Ловцову и Васильеву, ее позиция, что эвенки Бурятии не против данного мемориала. Таким образом, эвенки, несмотря на малочисленность, дают понять, что они как коренной народ Бурятии также имеют право на свою долю прав уроженца этой земли и хотят, чтобы к их мнению тоже прислушивались.

Если говорить о проблемах основных народов Бурятии кратко: у бурят – изрядная утеря родного языка и «трайбалистские» разногласия, у русских – разобщённость и некая социальная пассивность после прессинга советской национальной политики. Хуже всех в Бурятии пришлось эвенкам, оказавшимися почти ассимилированными, и практически утратившими язык и национальную культуру. Тем не менее, идут действия, направленные на возрождение.

Все эти факторы нельзя не учитывать при управлении республикой, при поиске «образа будущего» для Бурятии. При этом необходимо соблюсти баланс национальных интересов, чтобы ни одна группа не ощущала себя ущемлённой или обойдённой вниманием.

tararuev.ru

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.